День 6: Arrow Glacier Camp (4864 м) -> Crater Camp (5720 м)

Лука разбудил нас в 4 утра. Ночь спали плохо. На меня уже и Лоразепам не действовал. Радовало, что то, что ничего не болело: ни головы, ни мышцы – просто от быстрых движений задыхаешься и все, а так ничего – жить можно. Заправились овсянкой с изюмом. На головы надели шлемаки. Трудно, конечно, представить, как эти пластмаски смогут уберечь от камнепада. Добавили кипятку в водные мешки, чтобы вода дольше не замерзала. В варежки для сугреву засунули «утепляющие вкладки».  О, как они нам помогли – эти замечательные плоды цивилизации, достижения науки химии! Утепляющие вкладки – это такие герметично упакованные небольшие мешочки, которые, когда распаковываешь, в них под действием кислорода происходит химическая реакция, и они начинают греть. Такие мешочки есть для рук и ног. Мы брали и те и другие. Ножные мы клали на ночь и в носки и прикрепляли к плечам – так было холодно. Ну а, на восхождение мы их использовали по назначению – засунули в ботинки. И совсем неожиданное применение мы им нашли, когда уже спустились с Кили. Кашель у Миши не проходил, и я ему приклеила этот утеплитель на ночь, как горчишник. Выздороветь – не выздоровел, но полегчало. А заработанный на горе кашель у нас прошел только спустя месяц уже по приезде домой.

И вот, около шести утра, освещая тропу налобными фонариками, мы вышли в темноту. «Мы» – это Миша, я, Ага, Тума, и Лука. До этого перехода, мы ходили вчетвером.  Но сегодня к нам присоединился Лука, который тащил на голове все то мед оборудование, которое было продемонстрировано Мише накануне: портативную барокамеру, кислород и т.д. и т.п. Теперь все пошло по-взрослому.

Начался до-о-о-олгий, крутой и очень медленный подъем. Шли небольшими зигзагами. Солнце начало медленно вставать с другой стороны пика.

Мы шли, уперев взгляд вниз. Уже можно было рассмотреть то, по чему мы шли и почему это «то», считалось опасным. Под ногами была мелкая щебенка, смешанная с песком. В щелях между камнями искрился лед, тот самый высокогорный «цемент». Стало понятно, что если солнце начнет припекать, то от этого крепления не останется и следа.

Через какое-то время стало казаться, что солнце убыстрило свой ход, и вот оно уже начинало выглядывать из-за скал, поторапливая нас. Оборачиваясь назад и глядя вниз, уже можно было различить вереницу букашек, растянувшуюся по склону. Это были наши портеры, которые уже успели собрать лагерь и быстро догоняли нас, навьюченные своими огромными тюками. Они не только нас догнали, но и перегнали у вершины кратера, успев к сроку пройти опасный участок. Груженые, веселые и неутомимые, сделанные совсем из другого теста, какого-то стального что ли…   А мы тем временем подошли к крутой каменистой NIK_HAN9116скале, тропа была узкая, местами приходилось перелезать уступы на коленках, и придерживаться руками за верхний край. Высоко, однако… Начали болеть головы. У Миши мне показалось, начал синеть нос и губы – то ли от недостатка кислорода, то ли замерз. Позвала Агу, тот успокоил – пока ничего страшного. Ладно, пошли дальше. Медленно, медленно. Вначале было тяжело, потом очень тяжело, потом … ну и так понятно – в общем, хреново было.

Немного отвлекали африканские сказки, которые нам рассказывал Ага и Лука. Самым популярным героем африканских сказок, как ни странно для нас оказался Заяц. Заяц – это образ обычного человека, не сильного, немного трусливого, но с теми качествами, которые помогают обычному человеку выжить в самых трудных ситуациях – это находчивость и хитрость. Например, короткая история о том, как Заяц проучил Слона, который повадился в огород воровать тыкву. Заяц проделал дырку в тыкве, забрался в нее и, когда Слон проглотил тыкву, стал сильно барабанить у него в животе. Слон испугался и выплюнул тыкву с Зайцем – так Заяц отвадил Слона от своего огорода.

Хорошо запомнилась сказка про гиену. Примерно так же нам ее рассказал Саймон – наш кенийский гид по сафари. В образе Гиены африканские племена высмеивают скупость и жадность. Так вот. Однажды Гиену пригласили сразу на две вечеринки, и она, пожадничав, решила успеть сразу на две. Она прибежала на первую: там уже было все почти готово, но надо было немного подождать, когда только рис дойдет. Гиена решила: «Чего я буду ждать? Я пока успею на другую вечеринку сбегать и поесть, а потом бегом сюда». Она побежала на ту другую. Прибежав, она увидела, что там еще только начинают столы накрывать. «А ладно! Сбегаю на первую. Уж там-то рис готов уже наверняка. А потом быстро сюда!» Прибежав на первую, она увидела, что там уже все закончилось. Столы пусты и гости танцуют. Она бегом обратно. А там тоже уже ничего не осталось – остатки доедают.  Вот поэтому-то у Гиены передние лапы смотрят в разные стороны, она все никак не может выбрать куда же бежать, то ли налево, то ли направо.

И вот заключительное карабканье из последних сил – и мы на краю кратера! Тут ребята уже накрыли для нас легкий перекус. Но мы долго

рассиживаться побоялись. Перекусили печеньками, орешками, сверху положили Диамокс и пошли дальше – еще надо было идти около 3 часов тоже вверх-вверх, но уже не так круто.  По дороге пошел снег, все заволокло туманом (а ведь это было настоящее облако!), который не завис,

как обычно, а без конца куда-то двигался. Из-за этой пурги мы не смогли пойти на прогулку по кратеру осмотреть ледники. Мы видели только те ледники, которые нам попались по дороге в лагерь, и то они были открыты всего несколько минут – потом их моментально заволокло туманом. Добрались мы до лагеря где-то к часу дня. Во время обеда мы, договорившись с Агой, что часа в 4 пойдем на прогулку к кратеру и ледникам, ушли спать.  Поскольку ночь накануне мы спали плохо, то моментально отрубились часа на два. Проснувшись, мы увидели, что пурга усилилась – снег и туман – все равно ничего не видно, да и вылезать из палатки не хотелось. Ага нас тоже не стал будить и беспокоить. Такая погода – это норма на Килиманджаро. Как правило, все маршруты спланированы так, что на самой вершине надо быть часам к 10 утра – не позже. Потом погода портится. Ты превращаешься в ежика в тумане и кайфа от того, что «весь мир на ладони, ты счастлив и нем» поймать не сможешь. В палатке было тепло и можно сказать даже уютно: Миша продолжал читать свою книжку, а я слушала Стругацких. Мы находились практически на вершине Килиманджаро – 5720 м высота и всего-то какие-то 200 метров разделяли нас от самой высокой точки Африки, окруженные ледниками, снегом, природа без единого зверя-птицы и деревца… мда… радио-спектакль по роману Стругацких «Малыш», я ощущала всеми как там их называют… ну пусть «фибрами души». Сделав небольшой перерыв на ужин, мы опять нырнули в свои спальники, обложив себя бутылками с горячей водой.NIK_HAN9136

Ночь была тихой и долгой. Мы практически не спали. После Стругацких мы слушали ветер. Потом когда ветер стих, слушали тишину. Из-за увеличения дозы Диамокса, Мише пришлось несколько раз за ночь выходить из палатки. Мой же организм принял Диамокс, как нечто недостающее и я всего лишь разок вылезала из палатки. Ночь была холодной и звездной. Яркая белая луна. Четкий контур моей черной тени двигался, как призрак, выбравшийся из-под земли на безжизненную поверхность. Фантастично, тихо, красиво и в тоже время жутко. Если бы не дикий холод, то ночь провели бы не в палатке, а под звездами.  Еще было темно, когда мы услышали возню портеров. Скоро уже.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *