Амбосели – Накуру

Рано утром, мы выехали в парк Накуру. Путь предстоял неблизкий. И тут нас выручили наши аудиокниги. Дело в том, что наши два провожатых оказались очень болтливыми кикуйю. Они всю дорогу болтали на своем суахили. Причем, когда один разговаривал, другой в ответ ему мычал. Мы у них как-то спросили, почему во время разговора все время идет какая-то перекличка  мычащими звуками. Сайман сказал, что так сложилось исторически. Издревле племя кикуйя занималось земледелием, и поэтому частенько работали в высоких кустарниках, где они не видели друг друга. И чтобы время шло быстрее за монотонным трудом, они развлекали друг друга разговорами. Так вот, когда один разговаривает, другой подает мычащеподобный звук в подтверждение того, что я типа тут и тебя слушаю. Мычание это напоминает мычание антилопы гну. Те тоже время от времени помыкивают. Из-за этого мычания их очень не любят слоны. У слонов великолепный слух, и это их раздражает, поэтому они стараются не пастись рядом со стадами антилоп гну. По опыту скажем, что это мычание наших провожатых и нас сильно раздражало. Только в нашем случае мы никуда не могли выйти из машины. Если бы не аудиокниги, можно было бы свихнуться за 8 часов дороги от их бесконечных непонятных звуков вперемежку с мычанием.

Шоссе, по которому мы ехали – единственное в стране, которое соединяет запад с востоком. Загруженность очень большая. Машины едут очень плотно. Причем, поскольку дорога одна, то по ней едут и большие груженые машины, и легковые, и туристические, и общественный транспорт – и все-все-все, кому надо в этом направлении. Как выяснилось, обязательных технических осмотров машин в Кении не делают. Единственный вид транспорта, владелец которого по закону должен сделать техосмотр – это коммерческий транспорт. Остальные едут и дымят, как паровозы. Кондиционеров в машинах нет, окна открыты, и дышать при такой жаре этой гарью было практически невозможно. Мне приходилось закрывать нос футболкой, чтобы хоть как-то  фильтровать воздух.

По дороге в Найроби нам встречались небольшие населенные пункты. Они мало отличались от танзанийской Аруши. Та же нищета и пыль. Женщины, несущие на головах канистры с водой. Даже маленькие детишки, грязные и полуголые, таскали на головах какие-то поклажи, едва придерживая их одной рукой. Частенько по дороге попадались Масаи-пастухи с тощими стадами коров. Своры худых и голодных собак. В последнем нашем лагере, около кухни по утрам и вечерам мы видели трех собак. Они были такие голодные, что остатки наших дневных пайков, они проглатывали не жуя, клацая зубами прям рядом с моими пальцами. Потом я уже стала кидать им остатки еды на землю.

Интересную сказку нам рассказал Сайман про козла, собаку, овцу и автобус. Эту сказку рассказывают детишкам, объясняя почему, когда проезжает мимо автобус, козел убегает от него, собака бросается под колеса, а овца спит спокойно и не обращает на него внимания.

Так вот эта история случилась давным-давно, когда животные еще ездили на общественном транспорте. При входе в автобус Овца заплатила за билет без сдачи, для Собаки у водителя не нашлось сдачи, а Козел решил вообще не платить. Вот с тех пор овца, когда видит автобус, продолжает спокойно спать у дороги. Собака бросается на любой транспорт в надежде получить наконец-то сдачу. А козел, только завидев машину, бежит от дороги куда глаза глядят, боясь что его поймают за безбилетный проезд.

Приехав в Найроби, мы остановились у универсама. Даниелю надо было закупить продукты, а мы решили просто поглазеть и купить кофе, если удастся.  Кения славится своим кофе. Сайман рассказал, что во времена колонизации, Великобритания присылала в Кению определенные сорта кофе, удобрения, и давала инструкции, как выращивать кофе. Она диктовала кенийцам, что сажать и где, и закупочные цены на урожай. Но любовь местных жителей к кофе Великобритания привить не смогла. Современные местные жители, как он нам сказал, предпочитают чай-масала (черный чай с различными специями и молоком). Этот чай, как и использование различных специй в африканской кухне – влияние Индии. Основная миграция индийцев в восточные страны Африки произошла чуть больше 100 лет назад. Этому служило несколько событий в истории развития Восточной Африки, один из которых – это строительство Угандийской железной дороги. Началось оно в конце 19 века на востоке Кении во втором по величине городе Момбасе. Для ее строительства было выписано 32000 индийцев. После окончания строительства кто-то остался в Африке, некоторые вернулись назад в Индию, а другие продолжили свой путь в США, Великобританию и Канаду.

На самом деле кухня восточной Африки очень примитивна. Мне кажется, они едят все, что растет или шевелится. Как-то вычитала в интернете рецепт салата по-танзанийски. Поваренок с одноименного сайта рассказывала, что этим салатом их кормила студентка из Танзании, когда они вместе учились. Салат состоит только из лука: вареного, жареного и сырого в пропорции 1:1:0.5, заправленного майонезом. Я как-то сделала этот салат дома и нам он даже понравился. Ни в Кении, ни в Танзании нас этим салатом не кормили. Но когда мы проезжали мимо придорожных овощных лотков с огромным количеством лука на них – очень даже верилось, что и, правда, этот салат у них в рационе. Не знаю, правда, что служит у них заменителем майонеза. По дороге нам то и дело попадались небольшие по размеру кукурузные поля. Кукуруза – это самая распространенная еда бедняков. При восхождении на Кили нам дали попробовать их местное традиционное и основное блюдо – кукурузная каша, что-то типа поленты или густой мамалыги. Это то, чем в основном питались там портеры. По дороге из Найроби, нам стали попадаться продавцы печеной кукурузы. Мы уже были очень голодные. _HAN9830Наши провожатые Сайман и Даниел купили себе по две кукурузины, а мы с Мишей согласились на одну. Ну и крепкие же зубы должны быть, чтобы жевать такую кукурузу! Даже под конец половины кукурузы у меня заболели челюсти. Ну и продолжая тему еды, добавлю, что однажды утром на горе, нам дали на завтрак кашу из finger millet (дагуссы). Вдоль дороги, в населенных пунктах мы видели горы этого свежесобранного зерна, насыпанного для просушки. Интересно, что эти горы никто не охранял, и птиц, тучами взлетающих с этих куч тоже видно не было.

Так вот универсам. Перед входом в него, нас встретили два полицейских с металлоискателями. Они проверяли всех – без разбора. Я прошла спокойно, а на Мише прибор забибикал, и ему пришлось предъявить нашу видеокамеру, которая у него была в набедренной сумке. Универсам был очень большим, и там было все, что тебе надо –  и фрукты, и молоко, и овощи и, в общем, все-все-все! Но нас ужаснуло количество смотрителей у каждого прохода. Столько следящих за порядком униформовцев мы не видели нигде. Возможно, это отголосок теракта в торговом центре Найроби, произошедшего в сентябре 2013 года. Просматривалось и контролировалось каждое твое движение. Накупив кофе в подарок и мороженое в дорогу, мы вышли в ужасе. Наверно, это было написано у нас на лицах. Встретившая нас Зиппи неправильно истолковав нашу ошалелость, с гордостью сказала «Здорово правда? Чувствуешь себя защищенным, не правда ли?» На что мы промямлили, что-то типа «О, да, как здорово…» Хотя думали мы про другое…

После Найроби, мы еще немного проехали на север и уже к вечеру попали в парк озера Накуру. Здесь мы торопились на само озеро. Реклама гласит, что на этом озере очень много фламинго, и фотки озера розового цвета просто завораживали. Ну что ж? Приехали. Уже стало смеркаться. Огромная стая фламинго уже сбилась в кучу, видимо они уже готовились к ночи ­– так они чувствуют себя более защищенными, да и теплее вместе. Эта куча розового цвета смотрелась неплохо, но из-за полусумрака фотки с желаемым эффектом не получились. Несмотря на плотное завтрашнее расписание, Сайман предложил вернуться сюда утром, а мы согласились.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *